aif.ru counter
594

Игорь Уманский: «Политика неполноценности»

Экономист – о работе правительства и НБУ, а также о сотрудничестве с МВФ

«Когда министром финансов была, к примеру, Наталия Яресько, у нее имелась своя концепция, видение – правда, не скажу, что правильные. И она пыталась их воплотить. Сейчас вообще никакой политики нет: экономика «плывет по течению», - начинает беседу с нами бывший исполняющий обязанности министра финансов Украины Игорь Уманский.

ПОЖАРНАЯ КОМАНДА

- Игорь Иванович, вы считаете, что Минфин и Минэкономразвития занимаются только обслуживанием политических процессов?

- Это – даже не обслуживание процессов. Правительство, как «пожарная команда», решает лишь текущие задачи: здесь загорелось – тушим, там загорелось – тоже тушим. Но нет никаких попыток создать какую-то политику- как в бюджетной сфере, так, в целом, и во всей экономике.

- Многие эксперты утверждают, что наша экономика – на грани обвала. Это правда?

- Я бы не сказал, что «все пропало». Но ситуация в экономике, действительно, достаточно сложная. Роста, о котором постоянно говорят политики, в реальности нет. ВВП в 2013 г. был порядка 180 млрд долл., в 2015 г. – 93 млрд долл. Ключевую роль в этом в 2014 г. имели аннексия Крыма, потеря активов на Донбассе. Но в 2015 г. наблюдалось тоже достаточно глубокое падение экономики. А чтобы выйти хотя бы на уровень 2013 г., к нынешнему ВВП (а это порядка 100 млрд долл.), нужно прибавить еще 100%. Однако, с 3%-м ростом ВВП мы будем идти к этой цели еще очень много лет.

РЕГУЛЯТОР «В МИНУСЕ»

- При этом, НБУ недавно снизил прогноз ВВП на 2019 г. до 2,5%...

- У правительства нет ни экономической, ни финансовой, ни бюджетной политики. Но мое глубочайшее убеждение, что Нацбанк в последние три года – это настоящий враг для украинской экономики. Поясню свое утверждение: чтобы экономика росла, нужны рабочие места. Для их создания необходима безопасность бизнес-активов, чего ни правоохранительная, ни судебная система не обеспечивают. Второй важный фактор роста – это наличие ресурсов, а третий - инвестиции. Но с нашими рейтингами и непонятным поведением на внешнем рынке нормальный инвестор в Украину не придет. Сюда пока могут заходить преимущественно спекулятивные инвестиции.

- А как же ресурсы?

- Сейчас банки практически не кредитуют бизнес. С начала года уровень инфляции составил 9%, а ставка рефинансирования – 18%. С целью контроля инфляции НБУ поставил своей целью исключительно инфляционное таргетирование. Ставка рефинансирования за год повысилась уже в 1,5 раза. Но банки просто не могут выдавать кредиты под 20-21%! Какой бизнес сможет это поднять? А даже если и поднимет, заемщик переложит это в цену товаров и услуг. К тому же, НБУ в последние 1,5 года серьезно ужесточил требования к заемщикам. В Нацбанке не скрывают, что это - попытка уменьшить «потребление» бизнеса (то есть, расходы на развитие. – Ред.). Так НБУ «остужает» деловую активность в Украине. Ведется политика, направленная уменьшение экономического роста. Мы получили ситуацию, когда без создания новых рабочих мест экономика не развивается. Украина не улучшает свои рейтинги, не может выходить на внешние рынки заимствований и привлечения инвестиций.

- Почему неэффективно инфляционное таргетирование, применяемое НБУ?

- Пока это – самоцель НБУ, а не инструмент для создания базы экономического роста. Инфляция в Украине больше зависит от изменений валютного курса. Растет курс – увеличивается стоимость импорта, доля которого в потреблении очень высока. Еще один важный фактор инфляции – административные цены: правительство договорилось с МВФ о «плавном» повышении цены на газ для населения до 2020 г. – в итоге тарифы вырастут почти вдвое. Это вызовет новый виток инфляции, на который НБУ монетарными инструментами повлиять не сможет.

- Отсюда и заявление замглавы НБУ Олега Чурия о том, что НБУ больше не будет удерживать курс гривны?

- Инфляция на 60% формируется факторами немонетарного происхождения. Я убежден, что стране сейчас нужны решения, прямо противоположные действиям НБУ. А чтобы определить, какие именно - необходимо понять причины, по которым мы находимся в нынешнем положении. Поставить диагноз – это уже полдела.

УРОКИ ИСТОРИИ

- Выгодно ли сейчас заниматься бизнесом в Украине?

- Нет, не очень: рентабельность бизнеса у нас – плюс-минус ноль. Но для предприятий это все же неплохо и означает, что происходит воспроизводство капитала. Однако сегодня самый выгодный бизнес в Украине – это рейдерство, как в 90-е, в период первоначального накопления капитала.. И в последние два года идет активное перераспределение собственности.

- Как тогда прекратили этот «дерибан» собственности?

- Когда Леонид Кучма пошел на второй президентский срок, этот процесс уже завершился. Установился определенный паритет, олигархи и крупный бизнес стали «вкладываться» в дешевые украинские активы, развивать свой бизнес, создавалась рыночная инфраструктура. Все основные рыночные реформы прошли именно тогда – в 2000-2003 гг. Как следствие, 2007 г. – это период самого большого экономического роста в Украине.

Но в конце 2008 г. к нам пришел мировой финансовый кризис - на фоне смены власти, захода команды Януковича. Правда, с середины 2009 г. начался подъем, продолжавшийся до 2011-го. С середины 2012 г. экономика опять стала системно падать. И кризис, накрывший Украину в 2014 г., был неминуем: его приближением объясняются «панические» займы Януковича у РФ. Это печально известные 15 млрд долл., 3 млрд из которых успели взять в декабре 2013 г., дохозяйничавшись «по самое не могу». Ситуация с аннексией Крыма и войной на Донбассе лишь подтолкнула этот «шар» «с горы». И получилась синергия - глубокое падение экономики.

ГЛОБАЛЬНОЕ ВЛИЯНИЕ

- Была надежда, что после Революции Достоинства система экономических отношений в стране будет выстроена по-другому…

- Да, но новая власть начала разрушать все государственные системы управления. Нацбанк практически уничтожил банковскую систему. Если в 90-е банк среднего размера можно было продать за миллиард долларов, то сегодня за эти деньги можно скупить все украинские банки! Минфин – это один из последних институтов, остававшийся системным. Но и с ним, к сожалению, произошло то же самое. В итоге на среднем и высшем уровне во власти сегодня нет профессиональных управленцев. Вместо них по результатам конкурсов на высшие должности назначают не понимающих украинского иностранцев. В итоге - в правительстве одни «и.о.», огромное количество людей, не имеющих высшего образования.

- Но «легионеры» нередко назначались по рекомендации международных партнеров…

- Да, это происходило, в основном, под давлением извне. С учетом того, что мы оказались в сложной экономической и финансовой ситуации, это давление было критичным. И не соглашаться на него мы не могли.

- То есть, партнеры давали нам деньги в обмен на реформы под контролем своих управленцев?

- Фактически, да. И даже само слово «реформа» у нас стало нарицательным, приобрело негативный оттенок. Но причина многих проблем в экономике – разрушение систем управления, как я уже говорил.

- Можно ли их восстановить?

- Изменить подход, безусловно, возможно. Для этого нужно уйти от внешней зависимости. Сейчас политика международных партнеров по отношению к нам кардинально изменилась. Правда, существует другая проблема: сейчас у них вообще никакого подхода к нам нет.  Но вина в этом - не только наша. Ведь кто у нас в последние годы был министрами? Менеджеры, назначенные международными партнерами. Если они сами завели сюда людей, которые должны были обеспечивать их политику, то странно жаловаться на невыполнение обязательств.

- Может ли Украина позволить себе сейчас отказаться от сотрудничества с МВФ?

- Безусловно. МВФ никогда не был двигателем реформ и экономики. МВФ – это кредитор «последней инстанции», последней надежды. Обычно, когда страна находится в критическом состоянии, Фонд заходит туда на короткий промежуток времени. Его задача успокоить ситуацию. А развитие и рост – это проблемы самого государства, его правительства. Так что вопрос, почему у нас такая экономическая политика к нам, а не к МВФ. И когда говорят, что МВФ предлагает нам план реформ, это попросту смешно. У Фонда в принципе нет такой уставной задачи - двигать реформы. Они приходят, чтобы стабилизировать макроэкономическую и финансовую ситуацию в стране. А у нас она стабилизирована с 2015 г.

- То есть, наше сотрудничество с МВФ искусственно затянуто? С какой целью?

- Это – ключевой вопрос. Как по мне, с украинской стороны в этом вопросе действует некая «политика неполноценности». Но Фонд как пришел в страну, так и уйдет из нее. Более того, они на нас теперь «показывают пальцем», говоря, что у нас все плохо потому, что мы не исполняем данных обещаний. Но мы делали только то, что они от нас требовали, вот и имеем то, что имеем. А ведь мы способны создать свой план реформ и без МВФ!

Ирина ВАНДА